Наверняка каждому из нас знакомо это внушительное здание из красного кирпича в центре нашего города.

10 июля 1873 года Приказом Императора по Военному ведомству было подписано «открыть две военных гимназии - одна в Петербурге, другая в Симбирске, каждая по 300 человек». Так начинался Симбирский кадетский корпус.

Первоначально он расположился на улице Спасской в двух зданиях: учебные классы были на втором этаже дома, где располагалась Городская дума и городская управа (с 1958г.здесь музыкальное училище), а пансион на 70 человек был в соседнем доме «Языковской гостиницы» (Литературный музей «Дом Языковых»).

9 октября 1877 года был торжественно открыт выстроенный военным инженером капитаном Залесским военно-учебный городок с применением самых прогрессивных по тем временам технологий, с казармами, гимнастическим залом, плацем, лазаретом, хозпостройками и домовой церковью во имя Святителя Николая.

22 июля 1882 года Симбирская военная гимназия была преобразована в Симбирский кадетский корпус, что стал в дальнейшем кузницей профессиональных военных кадров, будучи потом преобразован в симбирские пехотные курсы, затем в школу командного состава, с 1936 года – Ульяновское Краснознамённое танковое, а сегодня суворовское училище.

Но речь идет не о кадетском корпусе, а об одной странице в его истории.

Знамёна.

В 1903 году Симбирскому кадетскому корпусу от имени императора Николая II было пожаловано Знамя, на котором изображен Спас Нерукотворный – икона - Небесная покровительница нашего города. Хранилось Знамя в святом месте — у алтаря в корпусной церкви Николая Чудотворца .

Знамя — воинская хоругвь, под которой соединяются верные своему долгу воины. При утрате Боевого Знамени командир части и военнослужащие, непосредственно виновные в таком позоре, подлежат суду военного трибунала, а воинская часть – расформированию. Это воинская святыня.

Вместе с ним хранилось и Знамя Полоцкого кадетского корпуса (ныне – респ. Беларусь), которое было привезено в Симбирск в 1915 году во время 1 Мировой войны. Это было красивое шелковое полотнище с вензелем Николая I в центре лаврового венка, на фоне зеленого Андреевского крес­та.

Об этом знамени сохранились воспоминания выпускника Полоцкого кадетского корпуса 1909 года Бориса Григорьевича Вержболовича, Геогриевского кавалера 1 Мировой войны. В седьмом классе как первый ученик он был назначен в знаменосцы и делился любо­пытной традицией кадет-­полочан, которые «тайком пробирались в домовую церковь, где хранилось знамя, и отщипывали примерно по квадратному сантиметру шелковой ткани себе на память... Почему-­то корпусное начальство не одевало на знамя храня­щегося здесь же чехла, точно оно под­держивало эту кадетскую традицию...»

Весной 1917 года вышел приказ Временного правительства о передаче всех императорских знамен в Петроград.  Командование Симбирского кадетского корпуса этот приказ проигнорировало, что спасло от печальной судьбы кадетские знамена Симбирска и Полоцка: известно, что собранные знамена были эвакуированы в городской собор г. Ярославля, который летом 1918 года при подавлении мятежа эсеров сгорел. Сгорели и знамёна.

Но все домовые церкви Симбирска Советская власть закрыла в 1918 году. Какова же дальнейшая судьба этих знамён?

Историю их спасения чаще всего узнают из книги «Честь», автором которой является выпускник Симбирского кадетского корпуса 1910 года Георгий Ишевский. Однако это скорее литературное произведение, чем историческое. Правильнее будет обратиться к журналу «Военная Быль», который издавался в Париже и где были опубликованы воспоминания выпускников Симбирского кадетского корпуса 1918 года Николая Николаевича Голеевского и Полоцкого кадетского корпуса 1902 года Бориса Исидоровича Сверчкова.

Голеевский Николай Николаевич.

Из дворян, сын офицера. Симбирский кадетский корпус. В белых войсках Восточного фронта; с 1918 г. в 1–м артиллерийском училище в Омске (окончил в 1920 г.). В январе 1922 г. в Волжской батарее Дальневосточной армии. Поручик. В эмиграции во Франции. Сотрудник журнала «Военная Быль». Умер в 1969 г.

 Сверчков Борис Исидорович (13.03.1882 – 3.12.1963)

Сын генерал-лейтенанта. Полоцкий кадетский корпус 1901, Елисаветградское кавалерийское училище 1904. Офицер 17-го уланского полка. Штабс-ротмистр 14-го уланского полка. В эмиграции в США.
Сотрудник журнала "Военная Быль". Ум. 3 дек. 1963 в Нью-Йорке.
Сверчков Дмитрий Исидорович (его брат), 12.04.1874 – 3.08.1934. Полоцкий кадетский корпус 1892, Константиновское артиллерийское училище 1895. Полковник Собственного Е.И.В.(Его Императорского Величества) железнодорожного полка. В эмиграции во Франции, председатель отдела Союза Инвалидов. Ум. 3 авг. 1934 в Канне (Франция).

Итак, 1918 год. 28 февраля Симбирский комитет РКП(б) принял решение о разоружении Кадетского Корпуса. По воспоминаниям красногвардейца, участника установления Советской власти в Симбирске Ивана Дмитриевича Гладкова операция прошла блестяще.

«Караул разоружен. Дежурный офицер тоже. Остальные наши товарищи уже на втором и третьем этажах. Комнаты с оружием в наших руках. Полусонные дневальные смотрят и ничего не понимают. Врываемся в спальню и криками будим кадетов, затем всех в одном белье загоняем, как цыплят, в большие классные помещения… при этом мы взяли большие трофеи: несколько сот винтовок, револьверы и даже пулеметы, которые нам были очень нужны»

Красноармейцы у входных дверей корпуса и церкви поставили часовых, в швейцарской – главный караул с пулеметами, а в столовой караул из пяти человек.

О намерении большевиков отобрать знамена, сообщил, пришедший во 2-е отделение 7-го класса, полковник Царьков, один из корпусных преподавателей, особенно любимый кадетами.

Николай Александрович Царьков (1878-30.12.1937), преподавал математику. «Белый» полковник армии адмирала А.В.Колчака. В советские годы – преподаватель техникума в Ульяновске. Расстрелян в 1937 г.

Решение кадеты приняли сразу: «Знамён мы не сдадим!». Они решили забрать знамена и отдать на сохранение «лицу, которого никто не знает». По всем правилам тактики и стратегии они разработали план, в исполнении которого приняли участие все, без исключения, кадеты второго отделения – около 30 человек. Вероятно, поэтому в воспоминаниях звучат разные фамилии спасателей Знамен.

Сначала хитростью сняли слепок ключа от двери, ведущей в церковь, а  вечером, когда 6 человек кадетов во главе с Голеевским отвлекли внимание часового и караула, четверо – А. Пирский, Н. Ипатов, К. Россин и Качалов (прикомандированный кадет 2-го Петербургского кадетского корпуса) – сняли полотнища. По коридорам здания по всем правилам военного искусства всюду были расставлены кадеты 2-го отделения – «махальщики на угрожающих пунктах», по знаку о безопасности движения которых группа доставила знамена в класс и спрятала в деревянные кадушки с пальмами.

Уже на следующее утро большевики, заметившие исчезновение знамен, производили обыски во всех помещениях корпуса, но безрезультатно. А перед кадетами возникла новая задача — вынести знамена из корпуса. Через два дня, когда по сговору предстояло передать знамена находившемуся в городе прапорщику Петрову, который лишь в 1917 году окончил Симбирский же корпус, — решили действовать «на ура». Самые сильные кадеты отделения спрятали знамена за пазуху, их окружили толпой и разом кинулись через швейцарскую, мимо растерявшихся часовых, на улицу.

Потом вернулись и объяснили свою выходку желанием подышать свежим воздухом, прогуляться.

В дальнейшем, уже после роспуска корпуса, большевики арестовали целый ряд корпусных офицеров, обвиняя их в сокрытии знамен. Находившиеся еще в городе кадеты славного второго отделения собрались для обсуждения вопроса — как бы выручить из тюрьмы офицеров, даже не знавших, где находятся знамена. Кадеты Алексей Николаевич Пирский (1900-1943), Константин Борисович Россин и Николай Дмитриевич Качалов предложили, что они сознаются большевикам в похищени